В новостях без конца говорят о комете, летящей к Земле. Джон Гэррити, инженер-строитель, слушает эти сводки краем уха. Его мысли заняты другим — его брак трещит по швам. Сегодня у них запланирована встреча с соседями, простой ужин в попытке сохранить видимость нормальной жизни. Пока жена готовится, он едет в магазин за продуктами.
Стоя в очереди с корзиной, он смотрит на телефон. Приходит странное сообщение. Оно помечено как срочное, от высшего руководства страны. Текст гласит, что Джон и его семья включены в список на эвакуацию. Место — засекреченный объект. Он моргает, перечитывает. Первая мысль — чья-то глупая шутка или ошибка. Он убирает телефон в карман, пытаясь сосредоточиться на списке покупок: сыр, вино, хлеб.
Возвращаясь к машине, он замечает необычную тишину. Птицы смолкли. Затем далёкий, низкий гул, больше похожий на ощущение, чем на звук. Земля под ногами слегка дрогнула. Стеклянные витрины магазина звенят. Люди вокруг замирают, смотрят в небо. У Джона леденеет внутри. Он бросает пакеты на passenger seat и набирает скорость, мчась домой.
По радио, которое он включил на полную громкость, диктор говорит срывающимся голосом о первых ударах. Не о теоретической угрозе, а о реальных столкновениях. Картина масштабных разрушений передаётся с экстренных выпусков. Джон давит на газ.
Он врывается в дом. Жена стоит у окна, бледная, обняв их сына. «Ты видел? Ты слышал?» — спрашивает она, и в её голосе нет и следа от сегодняшней утренней ссоры, только чистый страх. Он кивает, коротко объясняет про сообщение. Решение приходит мгновенно. «Нам нужно ехать. Сейчас».
Они выбегают к машине, захватив лишь документы и то, что оказалось под рукой. Соседи, собиравшиеся к ним на вечеринку, высыпают на лужайки, смотрят на них с недоумением и растущей тревогой. Джон не останавливается для объяснений. Он видит в их глазах вопрос, на который у него нет ответа. Он лишь резко выезжает со двора, оставляя позади привычный мир спокойного пригорода.
Дорога в аэропорт — это кошмар. Паника ещё не охватила все улицы, но её предвестие витает в воздухе. Машин становится больше, некоторые едут слишком быстро, другие застывают у обочин. По радио непрерывно звучат инструкции, перемежающиеся с шумом и криками в эфире.
Аэропорт, обычно упорядоченное пространство, превратился в пункт сбора. Здесь царит напряжённая, но организованная суета. Военные направляют потоки людей. Джон предъявляет сообщение на телефоне офицеру с планшетом. Тот бегло сверяется со списком, кивает и указывает направление к взлётной полосе. Туда, где стоят громадные грузовые самолёты, рампы которых открыты.
Они бегут по бетону, держась за руки. Сын прижимается к отцу. Жена, оглядываясь на охваченный хаосом терминал, крепче сжимает его ладонь. В этот миг все обиды, все разногласия стираются. Остаётся только базовая, животная потребность защитить свою стаю.
Они поднимаются по трапу в тёмное нутро самолёта. Внутри уже сидят другие люди — такие же растерянные, испуганные, молчаливые. Нет бизнес-класса, нет удобных кресел. Только алюминиевые сиденья вдоль бортов и приглушённый рёв двигателей. Джон устраивает семью, садится рядом. Дверь с грохотом закрывается, отсекая последнюю связь с прежней жизнью.
Самолёт начинает разбег. Через маленькое иллюминатор Джон видит, как земля уходит из-под колёс, как огни города уменьшаются, превращаясь в россыпь искр. Он не знает, что ждёт их впереди, в этом секретном бункере. Он не знает, уцелеет ли мир, который они покидают. Но он чувствует тепло руки жены в своей и понимает: сейчас главное — они вместе. Всё остальное потеряло значение.
